Мы поселились в один номер гостиницы. Обычный номер для командировочных.

Мой сосед был высокий ( где-то 1,8 м) ростом мужчина с длинными руками и большими кистями рук. Про таких говорят - загребущий. Солидный вид, дорогой костюм. Лицо его не было привлекательным, скорее наоборот.

Карие маленькие с прищуром глаза из-под больших дымчатых очков так и сверлили недобрым взглядом. Тяжёлый подбородок и нос-слива - дополняли "красоту" соседа.

Вобщении он оказался словоохотлив. От водки отказался, сказав, что предпочитает апельсиновый ликёр или домашнее красное вино...

Язык у нового знакомого, которого звали Виктор, вскоре развязался от трёх бокалов выпитого вина. Он стал рассказывать истории, которые с ним произошли в недавнем прошлом. Эти истории не были чем-то потрясающими...но что-то смешное в них всё же было. Потому я их и запомнил.

Но его постоянно кто-либо подкалывал, хотя хотел подколоть именно он, или просто посмеяться над кем-то. Вот в строй-отряде, в Средней Азии, он взял гитару и запел, подкалывая комиссара отряда Ивана:

Меня зовут Мирза,

Работать мне нельзя,

пускай работает Иван,

И выполняет план!

Ну все посмеялись, вроде и не конкретно, а в точку. Но комиссар есть комиссар, язык у него подвешен весьма неплохо, он взял гитару и исполнил куплет такой:

Пришёл Мирза домой,

Чтобы полежать с женой,

А там уже - лежит Иван,

И выполняет план!

Гомерический хохот стоял чуть ли не полчаса, а Виктора, затаившего злобу на Ивана, теперь все называли только "Мирза".

Придумал! Иван каждое утро идёт в туалет почти ровно в 5 часов, так что Виктор встал в 4 часа и решил подпилить доски на очке, где все ставят ноги, но получилось как у того молдаванина, который пилил сук, на котором сидел. Утром все проснулись от диких воплей упавшего в выгребную яму Виктора. Всю неделю все, кто видел Виктора, сразу начинали просто ржать. Так что он уехал из строй-отряда.